Галереи Voskhod, OBDN и Art Catch представляют коллективную выставку «X-Nowness» при поддержке Voices of Culture, которая открывается в Basel Art Center 16 июня.
Проект объединяет 38 современных художников и арт-групп и предлагает видение концепции времени и так называемой «nowness» — качества или состояния существования или происходящего в настоящем времени, принадлежащего ему.
«Время не линейно и не состоит из дискретных физических точек. Скорее, оно воспринимается как пугающий сдвиг, преследующий сам себя, порой ускоряясь или, наоборот, отставая. За самой “сейчасностью” следует её собственный призрак, некая x-неизвестная. X-nowness можно представить как бесчисленное множество вариаций реальности, область, населённую призраками и не связанную ни с каким временем. Этот невидимый раскол на самом деле является динамической связью между прошлым и настоящим, которую художники ощущают и обнажают в физическом мире. Их произведения существуют темпорально, как мерцание между прошлым и будущим, между реальностью и аллегориями реальности» (Даша Ярцева)
@voskhod_gallery @obdnnie @artcatch.art 16 — 22 июня 2022 Basel Art Center
From the series “Polaroid Dreams” Photo by Yana Tibben
Voskhod Gallery, OBDN Gallery and Art Catch Gallery present ‘X-Nowness’, a collective exhibition supported by Voices of Culture, which opens at Basel Art Center on June 16th.
The project brings together 38 contemporary artists and art groups, and offers a vision of the concept of time and the so-called ‘nowness’ — the quality or state of existing or occurring in or belonging to the present time.
‘Time is not linear and doesn’t consist of discrete physical points. Rather, it is perceived as a frightening shift, chasing itself, at times running faster or**,** on the contrary**,** falling behind. Nowness itself is followed by its own ghost, some x-unknown. X-nowness can be represented as an innumerable diversity of variations of reality, an area inhabited by ghosts and not linked to any time. This invisible schism is actually a dynamic link between the past and the present**,** that is felt and exposed by the artists in the physical world. Their artworks exist temporally, as a glimmer between the past and the future, between the reality and the allegories for reality‘ (by Dasha Yartseva)
@voskhod_gallery @obdnnie @artcatch.art 16 — 22 June 2022 Basel Art Center
Художественная практика Максима Ксуты чрезвычайно разнообразна, работая на стыке различных медиа, включая живопись, рисунок, фотографию, видео, инсталляцию, а также далеко простирается в плане тематического разнообразия, добавляя интеллектуальные, научные, даже почти исследовательские элементы поверх творческого начала. Новый проект сохраняет верность склонности Максима к серийному производству, которое позволяет совершать созерцательные и последовательные, почти лабораторные глубокие погружения в техники и эффекты, интересующие художника. Новая выставка «Архитектоника» включает несколько серий работ художника.
Проекты Ксуты неоднократно обращались к связям между частным и абстрактным. В его проекте «Изгнание», датируемом 2007 годом, плотная каллиграфия и начертание букв порождали возникающие антропоморфные фигуры, в то время как фотосерия 2013 года «CY», вдохновленная искусством Сая Твомбли, содержала изображения природных объектов, свободно скомпонованных в естественные абстракции. Серия холстов «Горизонты», основанная на показаниях ЭЭГ мозга, превращает мозговые волны в горные ландшафты, при этом очертания горных пиков постепенно растворяются в пастельном атмосферном тумане.
Монохромная серия «Тектоническая живопись» была вдохновлена проекционистами группы «Метод», и здесь художник исследует тонкости взаимодействия между богато текстурированной живописью и взглядом зрителя в зависимости от световых эффектов и точки зрения. Трудно сказать, становится ли аудитория объектом эксперимента или соавтором художника. Эти работы Ксуты гораздо ближе к холстам Пьера Сулажа, одержимого идеей проявления субстанции света, чем, например, к скульптурным плоскостям холстов черной серии Джейсона Мартина. Однако, в отличие от Сулажа, непрерывные мазки Ксуты создают миражи абстрагированных ландшафтов, изображающих песчаные дюны и футуристические города.
Серия объектов «Осколки памяти» представляет небольшие настольные скульптуры, которые излучают подлинные черты монументальных и даже грандиозных произведений. Вырезанные из различных видов камня, они почти как обнаруженные древние артефакты, частично погруженные в песок и частично смытые временем. Трудно с первого взгляда различить, смотришь ли ты на миниатюрные макеты священных зданий или, подобно Алисе Кэрролла в Стране чудес, вырос до неизмеримых размеров, выпив зелье. Эта выставка Максима Ксуты помещает нас в японский дзен-сад, предназначенный для медитации и связи с природой. Когда взгляд скользит по волнистым черным поверхностям «Тектонической серии» или исследует шероховатые поверхности миниатюрных «Осколков», именно там, в эпицентре бесконечного водоворота городских энергий, действительно чувствуешь, как время замирает в неподвижном свежем воздухе, а тело наполняется спокойствием и удовлетворением. Волшебство в работах Максима Ксуты дарит зрителю замечательный опыт осознанного, размеренно прожитого мгновения во всей его полноте, чистоте и уникальности.
Полина Могилина
Тектоническая живопись
Моя нынешняя практика сосредоточена на картинах, которые активно взаимодействуют с окружающим освещением благодаря их исполнению: монохромные (сажево-черные) с фактурными непрерывными мазками кисти. Структура мазков такова, что плоскость картины интерферирует с светом и дифрагирует его. Это создает визуальный эффект текучего потока при изменении угла обзора. Объединенные вместе, эти работы посвящены группе «Метод», участникам движения проекционизма начала XX века.
«Тема должна получить такое аутистическое выражение и такой способ подачи, чтобы зритель, воспринимая её, не только получал новые знания о системе современности, но и переживал новые биоморфные процессы, вырабатывал новые ментальные системы, новые системы восприятия мира», — утверждали проекционисты. Идея того, что возможно такое совершенно иное функциональное назначение живописи, вдохновила меня на создание «Тектонической серии».
Мукарнас
Продолжая исследовать псевдопериодические мозаики и фракталы, я изучал апериодические орнаменты — те, что не образуют повторяющийся узор на стене. Затем вступили в игру вариации масштаба: массивные орнаменты видны на расстоянии, тогда как более тонкие узоры, составляющие части более крупных, можно увидеть только вблизи. Чтобы построить каждый элемент, я руководствовался мозаикой Пенроуза в нанесении и ориентации моих мазков. Получившаяся структура выглядит трехмерной и динамически меняется в зависимости от угла обзора. Она также похожа на использованную мной референцию — мукарнас, распространенный элемент в традиционной арабской и персидской архитектуре.
Горизонты
Картины, которые выглядят как виды с высоты птичьего полета, на самом деле являются модифицированными электроэнцефалограммами мозга. Кривые были построены аппаратом ЭЭГ во время небольшого эксперимента. Испытуемому, подключенному к аппарату, показывали панели, окрашенные в один из нескольких земляных тонов, и регистрировалась реакция нервной системы на этот стимул. Сигналы, соответствующие этим тонам, затем были использованы для написания ландшафтов.
Zen Garden
Maxim Ksuta’s artistic practice is extremely diverse, operating on the interface of various media, including painting, drawing, photography, video, installation, as well as extending far in terms of thematic variety, adding intellectual, scholarly, even almost scientific elements on top of the creative. The new project remains faithful to Maxim’s knack for serialised production, which enables a contemplative and consistent, almost lab-like deep dives into the techniques and effects that are of interest to the artist. The new Architectonics exhibition comprises several series by the artist.
Projects by Ksuta have repeatedly addressed the links between the particular and the abstract. In his project The Expulsion dating back to 2007, the dense calligraphy and lettering produced emergent anthropomorphic figures, whereas the 2013 photo series CY, which was inspired by the art of Cy Twombly, had pictures of natural objects that were freely combined into natural abstractions. The Horizons series of canvases, based on EEG readings of the brain, transforms the brain waves into mountainscapes, whereby the outlines of mountain peaks are gradually dissolved in the pastel-coloured atmospheric fog.
The Tectonic Painting monochrome series was inspired by the Projectionists of the Method Group and here the artist explores the intricacies of interaction between richly textured painting and the viewer’s gaze as a function of lighting effects and point of view. It’s hard to tell whether the audience becomes the subject of the experiment or the artist’s co-contributor. These works by Ksuta are much closer to canvases by Pierre Soulages who is obsessed with the idea of manifesting the substance of light than, for example, the sculpture-like canvas planes of Jason Martin’s black series. Unlike Soulages, however, Ksuta’s uninterrupted brushwork generates mirages of abstracted landscapes that depict sand dunes and futuristic cities.
The Shards of Memory series of objects features small, tabletop sculptures that emanate proper traits of monumental and even grand pieces. Carved in different stone varieties, these are almost like uncovered ancient artefacts, partially submersed in sand and partially washed out by time. It is hard to discern at first glance whether one is looking at some miniature mock-ups of sacred buildings or, similarly to Carroll’s Alice in Wonderland, has grown to immeasurable proportions after having taken the potion. This exhibition by Maxim Ksuta places us into a Japanese Zen Garden, intended for meditation and connection with nature. As one’s eye glides over the wavy black surfaces of the Tectonic Series or examines the coarse surfaces of the miniature Shards, it is there, at the epicentre of an endless whirlpool of urban energies, where one actually feels the time freeze in the still crisp air, while the body is infused with calm and content. The magic in Maxim Ksuta’s work provides the viewer with a remarkable experience of an aware, evenly paced, lived moment in all its fullness, purity, and uniqueness.
Polina Mogilina
Tectonic painting
My current practice focuses on paintings that interact actively with the ambient lighting due to their execution: monochrome (soot black) and textured uninterrupted brushwork. The brushwork structure is such that the painting plane interferes with and diffracts the light. This produces a visual effect of a fluid flow whenever the viewing angle is altered. Grouped together, these works are dedicated to the Method Group, early-20th century members of the Projectionism movement.
‘The theme should be given such autistic expression and such mode of presentation that the viewer, when he perceives it, not only receives new knowledge of the system of modernity, but also undergoes new biomorphic processes, develops new mental systems, new systems for perception of the world’, the projectionists claimed. The idea that this completely different functional purpose for a painting is possible inspired me to make the Tectonic Series.
Muqarnas
As I continued to explore pseudoperiodic mosaics and fractals, I investigated aperiodic ornaments, the kind that do not form a repeated pattern on the wall. Then, the variations of scale came into play: massive ornaments can be seen at a distance whereas finer patterns, the comprising parts of the larger ones, can only be seen up close. In order to build each element, I was guided in the application and orientation of my brushwork based on Penrose tiling. The resulting structure appears three-dimensional and changes dynamically depending on the angle of viewing. It is also not unlike the reference I used — muqarnas, a common element in traditional Arabic and Persian architecture.
Horizons
The paintings, which look like aerial views, are in fact modified brain electroencephalograms. The curves were plotted by an EEG machine during a small experiment. The subject hooked up to the machine was shown panels colored in one of several earth tones, and the response of the nervous system to this stimulus was recorded. The signals corresponding to the tones were then used to paint the landscapes.
Произведение труда №1 2012-2013, Стальl, дерево, 24.5x53x25.5cm
«Произведение труда» — это объект, который можно интерпретировать как камертон, настраивающий внимание зрителя на определённую эмоциональную волну восприятия. При этом автор сознательно избегает усложняющих понимание философских отсылок и сносок.
В течение нескольких месяцев автор методично распиливал обычный ломик-гвоздодёр, затем отполировал каждую деталь до зеркального блеска и снова соединил их воедино. В результате этой внешне простой, но крайне энергоёмкой работы объект ready-made полностью утратил свою исходную функцию орудия труда и превратился в «произведение труда» — а одновременно и в произведение искусства.
2012–2013
“Work of Labor” is an object that can be interpreted as a tuning fork, aligning the viewer’s attention to a specific emotional wave of perception. In doing so, the author deliberately avoids complex philosophical references or footnotes that might obscure understanding.
Over several months, the artist methodically sawed a common crowbar into pieces, polished each part to a mirror-like shine, and then reassembled them. As a result of this seemingly simple yet incredibly labor-intensive process, the ready-made object completely lost its original function as a tool and was transformed into a “work of labor”—and, simultaneously, into a work of art.
Maxim Ksuta 